Когда я встречаю что-то, достойное восхищения, я восхищаюсь! Я выплескиваю все свои эмоции! Никто из моих знакомых не назовет меня сдержанным. Как часто замечает моя жена, я в этом отношении просто один к одному мой отец. И наш сын Энтони-младший совершенно такой же, как его отец и дед.

     Когда Лоис что-то не нравится, или если она сталкивается с чем-то неприятным, она так интересно присвистывает через передние зубы. Эту привычку она переняла от своей мамы. А теперь наша дочка Кристэл стала так делать. 

Нет сомнения в том, что и вы замечали за собой какую-то причуду или жест или что-то в манере разговора, что заставило бы вас внезапно остановиться и воскликнуть: "Подумать только, это же точно как мама (или папа)!" Это может даже слегка огорчить вас, особенно если эта привычка раздражала вас в родителях.

К сожалению, далеко не все, что дети перенимают у родителей, настолько безобидно. Вспоминаю один очень жизненный рекламный фильм, где маленький мальчик отправляется на прогулку с папой. Он старается во всем подражать отцу.

Папа подбирает камень и швыряет его, мальчик делает то же самое. Папа осторожно обходит грязь, сын повторяет за ним. Но вот отец садится, прислоняется к дереву, закуривает сигарету и бросает пачку на траву рядом с собой. И, конечно, малыш садится, берет пачку и пытается достать оттуда сигарету.

Фильм заканчивается надписью: "Ваш сын хочет быть как вы".

Я думаю, что большинство моих читателей не курит. Но разве мы не подаем своим детям пример накопительства? А как насчет лицемерия, эгоизма, несдержанного гнева, острого язычка? Наши дети хотят быть как мы.

Многие светила в области детской психологии и детского поведения скажут вам, что личность ребенка, его самооценка и манеры поведения уже практически полностью сформированы к четырем-пяти годам. Раньше я считал это смешным, но теперь признаю свою ошибку, Я вспоминаю своих четырех детей в том возрасте. Я вижу перед собой их глаза, переводящие взгляде меня на маму и обратно, когда мы вместе сидели в комнате. Когда они попадали в комнату, полную взрослых, их взгляд вновь повторял этот быстрый танец.

Однажды на меня будто сошло озарение: дети — не случайные наблюдатели. Они стараются охватить всю сцену в целом, они следят за всеми, но особенно за родителями; они впитывают все как губка. К четырем-пяти годам они уже вполне в состоянии оценивать ситуацию. Они уже могут определить, хорошо или плохо они поступают (на основании наших слов и нашего отношения к ним); они знают, как вести себя с другими людьми (на основании нашего поведения); и они знают, получат ли они выгоду от нечестного поступка (на основании того, как мы на такое реагировали раньше).

Дети слушают, когда нам кажется, что они не слышат, и они наблюдают за нами, когда нам кажется, что они не видят. Я недавно столкнулся с грустным подтверждением этого. Однажды летом в церковном молодежном лагере распространился такой слух. Кто-то из ребят заметил, что папа одного из них слишком внимателен к маме другого.

Несомненно, этот папаша предпринимал попытки скрыть свою недопустимую привязанность. Вероятно, он был даже уверен, что ему удалось замаскировать свои действия. Но он не смог никого обмануть, и меньше всего детей.

Независимо от того, что мы пытаемся внушить детям словами, огромнейшее влияние на них оказывают наши поступки. Вот почему, как сказал один мудрый человек: "Самое лучшее, что мы можем подарить окружающим, это хороший пример". Как говорит древняя персидская пословица: "Если развращен учитель, то развращенным будет мир". Не важно, сколько хорошего будет в наших словесных поучениях, дети в первую очередь будут учиться на том, как мы живем.

ОТ САМОГО РОЖДЕНИЯ

С физической точки зрения рождение — это большая травма. Тело матери вначале ритмично сокращается, затем наступают потуги, и ребенка выталкивает через узкие родовые пути в ожидающий его мир. И немедленно последняя связь с материнским организмом, дающая ему жизнь, прерывается, и дитя становится беззащитным и уязвимым.

Я убежден, что родители должны быть вместе в родовом зале, потому что с самого рождения у ребенка должно быть два источника любви — две пары рук, поддерживающих его, два добрых голоса, обращающихся к нему. С момента рождения оба родителя должны стать центром его вселенной. Ребенок будет неотрывно следить за ними, впитывая их слова. Другие люди будут важны для него, но только постольку, поскольку они имеют отношение к его родителям. Даже хотя дитя может ворковать, гукать или смеяться, в тот же самый момент оно будет записывать в тайные уголки своей памяти: "Ах, вот как поступают папа и мама! И я буду делать, как они".

Дети растут, а взрослые порой становятся слишком уклончивы в ответах. Например, когда наши дети поблизости, а мы не хотим, чтобы они знали, о чем мы говорим, мы начинаем произносить слова по буквам, чтобы им было непонятно: "Слышала, что миссис Смит сказала в церкви в воскресенье? Боюсь, за всю свою жизнь я не слыхал более г-л-у-п-о-г-о заявления".

Делая так, мы полагаем, что мы ловко провели малышей, хотя на самом деле это не так. Они ясно поняли, что от них что-то ^ скрывают.

Я вернусь к тому, о чем говорил в предыдущей главе: детям - необходимо постоянство в нашей жизни. Папаша, если вы тиран дома, а в церкви надеваете маску святого, то дети вас не осудят. Скорее, они примут это за норму поведения, потому что вы для них — образец для подражания. Правда, они не поймут, почему вы наказываете их тогда, когда они говорят одно, а делают другое. Ведь вы-то сами поступаете именно так у них на глазах, а вас еще никто не наказал.

Возьмем наши семейные обеды, они занимают важное место в жизни семьи, множество семейных дел обсуждается за столом. Как протекают наши разговоры? Посвящаем ли мы это время дружескому общению или сплетничаем, обсасывая чужие недостатки? Если мы тратим большую часть времени на критику окружающих нас людей, то стоит ли удивляться, если так начнут поступать наши дети?

Стоит повторить: дети берут пример с нас. Если слово у нас расходится с делом, то дети большее значение будут придавать делам.

Дети учатся и от того, как к ним относятся. Если наша любовь, проявления нежности и заботы зависят только от определенных условий, то дети вырастут в уверенности, что они чего-нибудь стоят, лишь когда они угождают нам.

Я не знаю, сколько раз внутри у меня все переворачивалось, когда я слышал, как родители мимоходом бросают своим детям: "Не будешь делать, что тебя просят, мама с папой не будут тебя любить!" Я уже объяснял, что главный вопрос жизни ребенка, который он задает постоянно, словами и поступками: "Вы меня любите?" Фразочки типа той, что я привел выше, как бы невинно это ни обставляли, говорят ребенку, что любовь родителей не безусловна. Быть ребенком недостаточно для того, чтобы тебя любили.

Ребенок, выросший в таких условиях, сам начнет ставить условия своей любви. Хуже того, этот ребенок скорее поверит в Бога, ставящего условия Своей любви, особенно если Его будут называть Отец.

ЛОЖНЫЕ ИДЕАЛЫ — В МИРУ И В ЦЕРКВИ

Детям нужны идеалы — герои. Как родители мы будем первыми и главными образцами для них. Но нам следует помнить, что наш заблудившийся мир — и даже заблудившиеся христиане — с готовностью предлагает им альтернативу.

Наше общество внушает детям, что для того, чтобы стать важной персоной, чтобы тобой восхищались, чтобы тебя уважали, нужно быть знаменитым, могущественным и красивым. Нужно зарабатывать много денег, причем быстро, как эстрадный певец или спортсмен.

Я не пытаюсь бросить тень на спортсменов или певцов, многие из них — прекрасный пример для подражания. Но это те, кто вызывает уважение своим поведением в жизни, а не количеством заработанных денег.

Наши дети прислушиваются к тому, что общество выставляет важным. Как родители мы должны объяснить им, что не известность и не размер счета в банке имеют значение, а глубина характера. Мы должны рассказывать им о повседневных героях — живущих по соседству, каждый день отправляющихся на работу, не делающих заданий общенационального значения, но отдающих себя служению ближнему. Христианский певец и автор песен Билл Гэйтер написал: "Имена их знакомы немногим, но для славы святой не новы".

Гэйтер так писал об одном таком герое: "Контролер из нашей фирмы, Дэн Лэйси, воплощает в себе все качества зазнавшегося бизнесмена. Но недавно я увидел его в новом свете, когда как-то зашел в воскресенье на наш церковный огород. Там был Дэн, окруженный толпой ребятишек.

— Помогаешь? — спросил я.

— Учу, — поправил он.

— Да ну! Давно? — спросил я. Его ответ удивил и обрадовал меня.

— Уж пару лет как, — сказал он. Голос его был теплый и вдохновенный. Очевидно было, что он любит этих детей, и они платят ему тем же. Мирские средства массовой информации — да и многие церковные — не заметят такую привязанность Дэна. Но настало время признать незаметных героев нашего царства. Не чтобы угодить их гордости, а чтобы привлечь внимание к их служению и подтолкнуть других последовать их примеру".

Я привел этот пример из-за его необычности. И христианская культура здесь тоже теряет. Меня беспокоит, что люди пытаются сделать "суперхристиан" из звезд эстрады и газетных знаменитостей. И особенно беспокоит меня та быстрота, с которой это делается. Некоторые, похоже, едва успели подняться с колен после молитвы принятия Христа. Как только заметная личность обращается в христианскую веру, так немедленно следуют публикация биографии, серия появлений в христианских программах и захватывающие рассказики в христианских журналах. Мы стремимся вытащить этого человека на свет и показать миру, что еще один из их стана "переметнулся" на нашу сторону. А потом эта поп-звезда предлагается нашим детям как пример для подражания.

Поступая так, мы оказываем медвежью услугу как нашим детям, так и этой знаменитости. Для новообращенного это слишком тяжелое бремя — все время "держать лицо", вести себя непогрешимо и всегда держать себя в руках.

Мы также забываем идею подготовки. Возьмем, к примеру, Моисея. Его жизнь почти до восьмидесяти лет была посвящена подготовке к Божьему призыву вести сынов израилевых из рабства.

Апостол Павел после своего драматического обращения по дороге в Дамаск, провел более трех лет в подготовке к открытому служению Господу. Мало похоже на сенсационное "обращение одной ночи"!

Служение нашего Спасителя заняло лишь три года Его жизни. До этого Он работал плотником и готовился стать тем Человеком, Который, выполняя волю Отца, взойдет на крест.

Честно говоря, я думаю, что эта бурная реакция на обращение известных людей направлена скорее на удовлетворение нашей собственной гордости. Мне больно смотреть на то, что предлагают читателям христианские журналы. Кажется, будто они соревнуются друг с другом, кто вытащит на страницы наиболее известное имя.

Как же учить детей не следовать мирским нормам жизни, если они видят, как мы создаем этих "суперхристиан" и водружаем их на пьедестал. Мы внушаем им: "Если ты христианин — Бог любит тебя, а если ты при этом известный спортсмен или звезда эстрады — то Бог тебя очень любит".

Дети, принявшие этот ложный успех как показатель удачи в жизни, с большой вероятностью впадут в отчаяние, видя, что их личный опыт отличается от жизни героев, предложенных им церковью. Самое грустное, что дети могут начать обвинять Бога в постигшем их разочаровании.

Позвольте посоветовать вам: ставьте детям в пример повседневных героев. Я думаю о единственной сестре жены — Элизабет, жизнь которой являет собой образец нравственной чистоты. Она прекрасный пример христианки и в глазах моих дочерей способна бросить вызов распространившейся сейчас Мадонна - мании. Я думаю о семье миссионеров, гостившей однажды

у нас дома и истории, которой заставили всю мою семью призадуматься о том, что такое истинная вера. Других героев вы найдете в местных священниках; вдовах, успешно поднявших семью в одиночку; в учителях, так много дающим нам и нашим детям.

ВАШИ поступки, ВАШ стиль жизни

Задумываясь о примере, который мы подаем детям, следует знать о простых, незначительных на первый взгляд моментах, безразличие к которым, однако, может привести к опасным последствиям. Вот вам примеры:

1. Приветствуете ли вы дискуссии в семье — на все темы? Если десятилетняя дочь спросит вас, откуда берутся дети, ответите ли вы ей: "Тебе еще рано об этом знать. Придет время — объясним"? Девочка пойдет гулять, и подруги удовлетворят ее любопытство. Не вы ей это расскажете.

2. Если ваши дети осуждают ваше поведение и вы знаете, что были неправы, станете ли вы защищаться или бросите им с досадой: "Когда будете сами взрослыми, поймете меня"? Это уловка, и дети знают об этом. Их уважение к вам будет расти в геометрической прогрессии, если вы в состоянии признавать свои ошибки.

3. Показываете ли вы детям свою боль, свои слезы или же скрываете от них свои эмоции? К сожалению, мне встречались родители-христиане, которые считали проявление эмоций слабостью, боялись, что дети сочтут их неуравновешенными. За кого мы пытаемся себя выдать?

Один из прекраснейших стихов в Писании — это также самый короткий. Иисусу сказали, что друг его Лазарь умер. И что же сказано в этом стихе? Он описывает естественную человеческую (и божественную) реакцию: "Иисус прослезился" (Иоанна 11,35). Не думаю, чтобы кто-либо из тех, кто знал Иисуса, начал думать про себя: "Да что же этот Иисус перед нами так опозорился?!"

Отцы, включая меня, должны помнить одно: и взрослые мужчины тоже плачут. Сильный христианин не должен стесняться своих слез. Все мы люди, и дети наши рано или поздно обнаружат это, как ни скрывайся. Грустная, очень грустная история приходит мне на ум, которую мне рассказывали многие братья и сестры во Христе, похоронившие своих отцов. "Энтони, мне ведь уже много лет, но никогда этот человек не показывал мне своих слез". Они говорили об этом с мучительным чувством горечи, не относя это к признакам сильного характера.

КАК?

Рассказанное мной может показаться вам пугающим. Делай то, не делай этого, ищи того, опасайся сего. Наверное, вы сейчас задумались: "Как могу я быть хорошим примером, не сойдя с ума от страха перед ошибками, которые я неминуемо совершу?"

Некоторым образом быть родителем вообще страшно, ведь на нас ложится бремя воспитания и развития новой жизни. То, как растут наши дети, во многом будет зависеть от нашего влияния. Есть достаточно родителей, легкомысленно смотрящих на это. Но все мы, родители, должны понимать серьезность ответственности, которую мы сами выбрали. Эта глава не призывает стать совершенством, но это призыв, о котором надо знать.

Теперь вопрос: как можем мы выполl